Модель внешнего управления

Усилия США, направленные на мобилизацию международной поддержки действий антитеррористической операции в Афганистане, привели в движение страны и организации расположенные по периметру Украины. Речь в первую очередь идет о непосредственном геополитическом окружении Украины, о так называемых «странах периметра», к которым принадлежат Россия, страны Центральной Европы, страны, входящие в Черноморское экономическое сообщество (ЧЭС) и ГУУАМ. Очевидно, что такие масштабные изменения способны создать не только новые возможности, но и новые вызовы для Украины как в геополитической, так и во внешнеэкономической сфере.

Роль страны-противовеса имперской России больше не пользуется спросом

Теракт в США и начало антитеррористической операции против Афганистана оказал существенное влияние на геополитическую расстановку сил в мире. США, оказавшиеся в роли жертвы и пострадавшего, получили основания для того, чтобы упрочить свои позиции как мирового лидера, способного возглавить крестовый поход против международного терроризма. Вся мощь американской администрации была направлена на то, чтобы привести в действие принцип - «Кто не с нами, тот против нас». Таким образом, мировое сообщество и отдельные страны были поставлены перед выбором либо поддержать США, либо оказаться причисленным к числу стран, поддерживающих международный терроризм.

Парадокс ситуации для Украины заключался в том, что лояльность к США и пассивная готовность открыть воздушные коридоры для пролета американских самолетов не гарантирует особых политических или экономических дивидендов как для страны, так и для ее политического руководства. Дело в том, что традиционно украино-американское партнерство основывалось на признании за Украиной роли страны-противовеса имперским поползновениям России. Однако активная и гибкая позиция, занятая российским политическим руководством в ходе разворачивания кризиса и антитеррористической операции, позволила России наладить тесное взаимодействие с администрацией США. В результате, в течение нескольких недель Украина из страны-противовеса превратилась в страну, рассматриваемую в качестве ресурса развития российско-американских отношений.

Американо-российский проект стабилизации Украины.

Россия продемонстрировала готовность и способность использовать развитие международного кризиса и начавшейся антитеррористической операции для укрепления своих внешнеполитических и геоэкономических позиций в мире и в отдельных регионах Европы и Азии. По оценке заместителя помощника госсекретаря США Стивена Пайфера речь идет не только о сотрудничестве в области борьбы с терроризмом, но и о "выработке новых стратегических рамок и расширению экономического взаимодействия".

Россия будет стремиться конвертировать тесное военно-политическое сотрудничество с США в Афганистане прежде всего в эффективные проекты сотрудничества в области разработки, эксплуатации и транспортировки энергоресурсов Каспия. Очевидно, что реализация указанного сценария не ограничится появлением совместных российско-американских проектов по стабилизации ситуации в регионе Центральной Азии. Не исключено, что аналогичная модель "интеграции России в мировую экономику" будет отрабатываться и с использованием Украины и ее геоэкономического потенциала.

В частности, высокопоставленные представители госдепартамента США уже выразили готовность позаботиться о том, чтобы не ставить Украину в положение, когда приходится выбирать между Западом и Россией. Представление о том, какой может быть американо-российская модель стабилизации Украины можно составить, ознакомившись с высказываниями Стивена Пайфера относительно перспектив сотрудничества США, Украины и России по использованию украинской газотранспортной системы. По его мнению, международный консорциум с участием украинского правительства, российского РАО «Газпром» и западной энергетической компании «позволил бы привлечь западный капитал для модернизации трубопроводов и повышения их пропускной способности, что помогло бы справиться с более крупными объемами газа, который Россия намерена экспортировать в Западную и Центральную Европу в предстоящие годы». В то же время американская сторона считает, что «организация работы трубопровода по рыночным тарифам в соответствии с международной практикой бухгалтерского учета устранила бы огромные возможности для коррупции. А концессионная прибыль украинского правительства обеспечила бы приток доходов для погашения газовой задолженности Украины перед РАО «Газпром»».

Такое четкое описание модели внешнего управления украинской газотранспортной системой со стороны чиновника внешнеполитического ведомства США свидетельствует лишь о том, что Украину уже «посчитали». Иными словами, велика вероятность того, что новое американо-российское партнерство будет подталкивать политическое руководство Украины к добровольной «сдаче в аренду» украинской ГТС.

Недавняя презентация в Брюсселе силами правительственной делегации возглавляемой первым вице-премьером О.Дубиной, возможностей украинской системы транзита нефти и газа свидетельствует о том, что исполнительная власть и политическое руководство Украины больше не рассматривает транзитные трубопроводы в качестве неприкосновенного запаса. Именно в Брюсселе первый вице-премьер украинского правительства О.Дубина заявил, что украинские газопроводы будут сданы компаниям в концессию на 30 лет. По словам Дубины, Украина заинтересована в привлечении в консорциум таких компаний, как «Газпром», Shell, Gaz de France, Ruhrgas и Wingas.

«Геополитическое будущее» нашего государства во многом будет зависеть от того, как украинские власти распорядятся последним (газотранспортным) ресурсом, который достался им в наследство от СССР:

• какие интересы (тактические – предвыборные или стратегические – государственные) возобладают,
• какой будет цена указанной мега-сделки для бюджета и экономики Украины,
• удастся ли при этом правительству А.Кинаха учесть опыт добровольной ликвидации ядерного потенциала и добиться учета национальных интересов Украины,
• сумеет ли руководство Украины трансформировать свою внешнюю политику таким образом, чтобы смягчить переход нашей страны во вторую «геополитическую лигу», что последует автоматически после сдачи столь весомого геополитичесого ресурса.

Новый «Варшавский договор»

Изменение геополитического расклада в мире отразилось также и на процессах, протекающих в регионе Центральной и Юго-Восточной Европы. Недавний саммит в Варшаве, на котором были представлены 17 стран региона Центрально-Восточной Европы, проявил новые реалии в регионе и на Европейском континенте в целом.

С точки зрения геополитики, саммит проходил без участия официальных представителей стран Евросоюза, однако сопровождался виртуальным присутствием (телеконференция) президента США Дж.Буша Организаторы и участники Варшавского саммита, продемонстрировали таким образом, что несмотря на про европейскую ориентацию, страны Центральной Европы консолидированы в своем стремлении сохранять и развивать стратегическое партнерство с США и НАТО.

С другой стороны, ориентация на евроатлантические структуры, как бы отодвигает на второй план проект создания европейских объединенных вооруженных сил и свидетельствует о том, что страны Центральной Европы пока не склонны рассматривать ЕС в качестве самодостаточной геополитической силы на континенте и лояльны по отношению к американскому проекту будущего - интегрирующейся и расширяющейся на восток Европы. В частности, в итоговом документе конференции зафиксировано, что результативная борьба с терроризмом невозможна без дальнейшего расширения НАТО на Восток и воплощения Плана действий стран-участниц саммита в общей борьбе с терроризмом, который также был принят в Варшаве.

Несмотря на то, что в центре внимания саммита были вопросы борьбы с терроризмом, неоднократно подчеркиваемое единство центрально-европейских стран базируется на наличии общих экономических проблем.

Во-первых, в целом, наблюдается тенденция реанимации отношений экономического сотрудничества между центрально-европейскими странами и Россией, с одной стороны, и военно-политического, военно-технологического сотрудничества с США и НАТО, с другой.

Во-вторых, по мере приближения момента вступления стран Центральной Европы в ЕС они все больше внимания уделяют проектам, направленным на смягчение шока от экономической терапии, которой не избежать при выполнении требований и процедур Евросоюза. Выполнение этими странами требований, возникающих в связи с подготовкой их к вступлению в ЕС, объективно ставит на грань банкротства целые сектора экономики. Правительства стран Центральной Европы, спасая многочисленные предприятия реальной экономики, будут вынуждены переориентировать свою торговлю и, следовательно, инвестиции в сторону внутреннего рынка России. Украине следовало бы использовать "сдвиг на восток", который вынуждены осуществлять компании стран Центральной Европы. Более того, у Украины есть все основания рационально и эффективно распорядиться новой геоэкономической ситуацией и превратить свою территорию в экономический плацдарм для центрально-европейских компаний и инвестиций.

В-третьих, оставшись за бортом стратегического диалога в энергетической сфере между ЕС и Россией, центрально-европейские страны вынуждены самостоятельно продвигать продукцию своих компаний на российский рынок, конкурируя при этом с европейскими ТНК. В-четвертых, центрально-европейские страны проявляют в последнее время заинтересованность принять участие в проектах внедрения и экспансии американских энергетических компаний на нефтегазовый и электроэнергетический рынок Европы. Именно в этом контексте следует рассматривать серию встреч и консультаций, проводимых украинским правительством с Венгрией и Словакией (нефтепровод Одесса-Броды), Польша (Одесса-Броды-Гданськ, экспертиза возможности польско-украинского сотрудничества и экспорта электроэнергии в страны ЕС).

«Страны периметра» осознают и используют геополитический факт перехода Украины во «вторую лигу» Несмотря на активное участие Украины в работе Варшавского саммита и позитивный PR- эффект от указанного мероприятия, способность нашей страны сотрудничать эффективно и на равных со странами Центральной Европы и другими «странами периметра» не является столь очевидной.

В последнее время отношения Украины со «странами периметра» стремительно проблематизируются. Достаточно вспомнить возобновление напряженности между Украиной и Румынией вокруг острова Змеиный. Сегодня Украина рассматривается центрально-европейскими странами не столько в качестве партнера, сколько в качестве конкурента или же ресурса, который подлежит прямой эксплуатации. Кроме того, политическое руководство центрально-европейских стран очень четко осознает тот факт, что геополитически Украина уже не является игроком «первой лиги» и неизбежно будет стремиться воспользоваться нашей слабостью.

В политике как и в природе слабых не любят. Это значит, что в новых условиях Украина вынуждена будет вновь доказывать, что она имеет право и способность обладать территорией, которая ей досталась в наследство, иметь промышленную инфраструктуру и самостоятельно распоряжаться ресурсами, которые расположены на ее территории.

Во-вторых, Украина, будучи не в состоянии на равных взаимодействовать со «странами периметра», окажется объектом экспансии, которая будет под благовидными предлогами реализовываться в экономической, культурной, информационной, и, при определенных обстоятельствах, даже территориальной форме.

В-третьих, страны из ближайшего окружения Украины, чувствуя ее слабость, начнут прибегать к более жесткому дипломатическому языку при отстаивании интересов своих компаний на территории Украины. Иными словами, теперь украинский МИД вынужден будет оправдываться не только за ущемление в Украине интересов американских или европейских компаний. Аналогичные претензии могут последовать со стороны любой из близлежащих стран (Румыния, Россия, Польша, Турция, …).

В-четвертых, в двухсторонних отношениях со «странами периметра» Украина будет вынуждена учитывать уже не столько глобальный, сколько региональный масштаб внешней политики. Теперь сближение или конфронтация Украины с одной из стран периметра станет объектом пристального внимания со стороны остальных, соседствующих с Украиной, стран. Нужно быть готовым к тому, что наши двусторонние экономические отношения со «странами периметра» будут стремительно политизироваться.

И наконец, следует учесть, что теперь «страны периметра» неизбежно будут использовать «украинский фактор» при конструировании и возобновлении своих отношений с Россией (прежде всего, экономических). Ни для кого не секрет, что Евросоюз, несмотря на готовность расширяться за счет центрально-европейских стран, негласно продвигает тезис: «Ваши товары в Европе никто не ждет, Ваши рынки - на Востоке». Таким образом, конкуренция украинских сельхозпроизводителей и предприятий пищевой промышленности, работающих на российском рынке и рынках стран СНГ, с производителями из центрально-европейских стран будет усиливаться.

В заключении хотелось бы обратить внимание на проблемы, возникающие в связи с тем, что «страны периметра» уже сегодня реально вторгаются, а иногда просто навязывают внешнеполитическую «повестку дня» Украине. Попытаемся проиллюстрировать это на ряде очевидных примеров последнего времени.

Так, Польша и Словакия уже сознательно позиционируют себя в качестве субъектов, требующих учитывать их интересы при реализации крупных проектов, способных менять конфигурацию сил в треугольнике Россия-Украина-Европа. Вместо переоценки ситуации, возникшей в связи с «выпадением во вторую лигу», до сих пор в Украине царит эйфория по поводу «проукраинской» позиции Польши и Словакии. Хотя очевидно, что только последовательная стратегия Украины по формированию стабильного и взаимовыгодного сотрудничества с Польшей и Словакией может предотвратить «сползание» этих стран к тактике «размена» украинской карты в ходе их торга с Россией или ЕС. Кроме того, характер и уровень отношений с Польшей и Словакией может иметь и внутриполитический отзвук (проблема русинов в Закарпатье и феномен неополонизации Галичины).

Уже сегодня голоса турецких радиостанций слышны в Украине (особенно в Крыму) намного сильнее, чем украинская речь и передачи из Киева. Реализация Россией проекта «Голубой поток» не ограничивается для Турции получением газа в обход Украины. Диверсификация (относительно Украины) каналов поставок российского газа повысит геоэкономический вес Турции и сделает Украину потенциально более уязвимой. Учитывая же, что от Турции зависит и разрешение проблемы организации поставок ближневосточной нефти через черноморские терминалы (в т.ч. и одесский), позиция этой страны в вопросах дальнейшего развития транспортно-энергетических маршрутов, ориентированных на Европу, может оказаться решающей.

Перечень проблемных зон можно было бы продолжить. Однако сегодня очевидно одно - время, когда можно было беспечно относиться к нашему «ближнему зарубежью», прошло. Отношения Украины со «странами периметра» стремительно проблематизируются. Украинское политическое руководство не до конца осознает геополитический факт перехода страны во «вторую лигу», опаздывает с выработкой адекватной внешнеполитической стратегии. Поэтому Украине вряд ли стоит откладывать «на потом» инвентаризацию отношений со «странами периметра», анализ возможностей Украины противостоять новым угрозам, выстраивание своеобразных компенсационных внешнеполитических схем, применительно к двусторонним и многосторонним связям Украины в рамках центрально-европейского, каспийско-черноморского, балтийского регионов и Российской Федерации.

Источник: ЦСИ "София" 08.12.2001

Читайте также в этом разделе